Рецепт коктейля Благодарный мертвец

Благодарный мертвец

Есть в нашем городе , и на ЯПлакал, замечательный и самобытный автор, и вцелом позитивная дама.

Она разрешила запостить это здесь.

По следам С. Кинга

If it is not fun, don’t do it!

Если это не в радость, не делайте этого.

Джерри Гарсия – лидер группы «GRATEFUL DEAD»

Меня зовут Джеймс Карлайкл. Я не могу писать, поэтому просто наговариваю свою исповедь на диктофон. Возможно, после моей смерти она кого-нибудь убережет.

Я встретил эту красотку в маленьком городке штата Пенсильвания – Нью-Касле. На улице Делавер, где в двухэтажном здании из красного кирпича, в самом подвале, расположился незаметный музыкальный магазинчик. Какого дьявола меня понесло в ту дверь, сказать не могу. Однако я толкнул стеклянную створку и услышал, как над головой противно звякнул колокольчик.

Навстречу мне вышел байкер в потрепанной кожаной куртке прямо на голое тело. Был он сед, стар и одноглаз. По всему выходило, что именно он объезжал, как мустанга, самый первый «Харлей». И все в том магазине было какое-то старое. Как съеденное молью и временем. Я уж и уйти хотел, плюнув в сердцах, но вцепился взглядом в шестиструнку, притулившуюся в углу сироткой. Черт, да она выглядела, как вставная челюсть моей бабушки: такая же старая и пожелтевшая. Но что-то в ней было. Что, я никак не мог уловить, пока этот странный продавец не прокаркал почти у меня над самым ухом:

— Это гитара Джерри Гарсии.

Мне показалось – я ослышался. Этого не могло быть! Это же клад. Легенда для тех, кто хоть раз бывал на их чокнутых психоконцертах. А ведь именно она и пропала после смерти Джерри.

— На обратной стороне есть его собственноручная надпись, — продолжал байкер. — Если интересуетесь, можем поторговаться.

Интересуюсь? Да я вырос на их сумасшедшей музыке, пронизанной парами ЛСД. Ходили слухи о том, что Джерри запродал свою душу Дьяволу. За это лишился пальца и играл девятью. Точь-в-точь, как Джимми Пейдж. Но я никогда в это не верил. Они были просто психами. А кто сможет сыграть рок лучше, чем психи?

В результате я вышел из магазина с упакованной в обшарпанный чехол гитарой. Вся тусня сойдет с ума, когда я достану ее на репетиции!

Уложил красотку в багажник и двинулся через весь штат домой – в столицу Огайо Колумбус. Ехать мне было порядка четырех часов. Но мысли мои согревала гитара Джерри. Того самого – заросшего всклокоченной бородой и вечно непричесанными волосами.

Домой я приехал к вечеру. Усталости не было. Голода тоже. Было одно желание – раздеть мою девочку и пощипать за струны, которых касались пальцы самого Гарсии. Я задернул шторы, чтобы не отвлекал свет назойливой Луны. Уселся на стул, настроил колки и выдал первые аккорды. Гитара звучала божественно. Казалось, время пощадило ее, сохранив звук в первозданной чистоте. Я играл, играл и играл без устали. Я сыграл почти весь альбом American Beauty, когда воздух в комнате внезапно потяжелел. Наполнился дурманным запахом, и руки мои замедлились на струнах. Я помотал головой, отгоняя наваждение, но не помогло. Никогда не пробовал кислоту, но вдруг понял, что именно так чувствуют себя ЛСД-шники.

А потом туман сгустился, уплотнился и принял форму. О, что это была за форма! Никакая Кира Найтли ей и в подметки не годилась. Она встала передо мной, вытянувшись в струнку. Фиолетовое платье плыло туманом, и тонкие белые руки поправляли складки.

— Играй, — приказала гостья мягким голосом.

Я послушался. Покорно положил пальцы на струны и заиграл «Good Morning Little Schoolgirl» из «Historic Dead».

— Главное, чтобы было весело, — проворковала девушка и пустилась в пляс. — Не останавливайся, играй.

Я играл, как сумасшедший. Кровоточили пальцы, изрезанные струнами, но остановиться я не мог. Остановилась она, когда в окна все-таки пробилось солнце. Разочарованно вздохнула и растаяла фиолетовым дымом. Я не понял, что это было. Кисти болели от адского напряжения, пальцы опухли. Голова ничего не соображала, и я рухнул спать.

Пришлось отказаться от репетиции, потому что не смог взять гитару в руки.

Но вечером она пришла снова. И вновь приказала играть. И я играл. Она танцевала. То бешеной пляской сумасшедшей, то медленным танцем волчицы под Луной. И снова ушла к утру. Чтобы прийти опять. Я играю ей уже неделю. Жду ее прихода, как наркоман дозы. Сплю днем, а проснувшись вечером, живу лишь ожиданием тумана, из которого появится она.

Сам не понимаю, как получается, но чертова музыка будто льется сама. Я ничего не ем. И не пью тоже, но голос не пропадает. Не знаю, откуда берутся силы ночью, но днем чувствую себя мертвецом. Да-да, именно так – GRATEFUL DEAD. А вчера я наконец понял, что означает автограф Джерри на обратной стороне.

«Это лучше, чем секс, понимаете?»

Говорят, он умер полностью истощенный наркотиками. Но я-то знаю правду. Ему не нужны были наркотики, у него была ОНА – его муза, посланная самим Сатаной, с которым он заключил сделку. Она танцевала ему при Луне, пока Джерри сочинял свою проклятую музыку. Пока она не высосала его до самого дна.

Не знаю, кто был до меня, но уверен в одном: я следующий.

Хочется выпить чего-нибудь сбивающего с ног, тогда эти рецепты коктейлей для вас!

Приготовление у всех коктейлей простейшей, просто смешиваем и пьём!

Начнём со слабеньких!

Коктейль Зелёная смерть

Ингредиенты:

  • 50 мл. абсента;
  • 70 мл. шампанского.

Крепость 35%

Коктейль Охотник

Ингредиенты:

  • 50 мл. рома;
  • 80 мл тёмного пива.

Крепость 30 %

Прибавим градуса!

Коктейль Мудрецы

Ингредиенты:

  • 50 мл. виски Джим Бим;
  • 50 мл. виски Ред Лэйбл;
  • 50 мл. виски Джек Дениелс.

Крепость 40 %

Коктейль Мертвец

Ингредиенты:

  • 50 мл. егермейстера;
  • 50 мл. мятного шнапса.

Крепость 43 %

Ну и самая жесть!

Коктейль Желтуха

Ингредиенты:

  • 50 мл. золотой текилы;
  • 50 мл. крепкого рома Бакарди 151.

Крепость 53 %

Коктейль Кровавые реки

Ингредиенты:

  • 50 мл. крепкого австралийского ром Stroh 80
  • 50 мл золотой текилы
  • 50 мл. водки

Крепость 54 %

Такие коктейли могут запросто свалить с ногу даже самого закалённого любителя выпить, поэтому будьте аккуратны!

Ваш АлкоХакер

Немного юмора

Взглянув трезво на некоторые вещи, понимаешь – надо срочно выпить…

Благодарный мертвец

Наконец, всякий мертвец, которому оказана услуга, может выполнять ту же функцию. В абхазской сказке, например, рассказывается, как герой попадает на похороны: «Покойника несли уже на кладбище. И вот он видит, что некоторые волокли покойника веревкой за шею, другие же из сопровождавших и шедших за ним длинными хворостинами били покойника». Купеческий сын узнает, что покойник умер, не заплатив долгов. Герой расплачивается с кредиторами (Абхазские сказки 151). Это, однако, несомненно более поздняя рационализованная трактовка мотива. В русских сказках герой просто хоронит мертвеца и завоевывает себе в нем помощника. Этот мотив исследован в работе Лильеблада (Liljeblad). К сожалению, однако, выводы этой работы неправильны уже потому, что «сказок о благодарных мертвецах» не

существует. Лильеблад объединяет несколько типов и пытается изучить этот материал как нечто цельное. Ошибка получилась потому, что автор исходит из ложной предпосылки, что каждый сказочный мотив первоначально прикреплен к какой-нибудь одной сказке. На самом же деле огромное большинство мотивов равного морфологического значения взаимно заменимы. Так взаимно заменимы и все дарители. Лильеблад нашел всего 8 русских «сказок о благодарных мертвецах». На самом деле благодарный мертвец встречается значительно чаще и в самых разнообразных сказках. Ни один из приведенных ниже случаев не приведен Лильебладом, хотя я привожу лишь незначительную часть фактического материала. К тому же Лильеблад ограничивается сопоставлением только текстов и в проблему благодарных мертвецов не входит вообще.

В одном из вариантов сказки о молодильных яблоках яга советует герою: «Поди же ты, Иван-царевич! Вот здесь есть село, около села есть гора, на этой горе валяется богатырь заместо собаки; возьми ты, спросись у попов: можно ли похоронить этого богатыря? Есть у богатыря конь за двенадцатью дверьми железными, за двенадцатью замками медными». Иван-царевич действительно хоронит богатыря и устраивает ему роскошные поминки. «И гласит ему мертвый богатырь: благодарю тебя, млад Иван-царевич, что похоронил меня в честности, и дарю тебе своего коня» (Аф. 176). Есть сказки, когда могильщики спорят и ругаются, не хотят хоронить мертвого. Герой платит им, и они хоронят мертвеца. Этот мертвец потом становится помощником героя (См. 86). В одном из вариантов «Сивки-Бурки» вместо отца выступают три богатыря. Эти богатыри — предшественники Ивана. Они не допрыгнули до окна царевны, и с них были сняты головы. Иван хоронит их и получает от них трех коней: медного, серебряного и золотого (9).

23. Мертвая голова.

К этому же разряду относится случай, когда герой хоронит мертвую богатырскую голову. «Шел и запнулся за мертвую богатырскую голову. Взял да и толкнул ее ногой. Та и говорит: «Не толкай меня, Иван Туртыгин! Лучше схорони в песок»». Иван действительно хоронит голову в песке, и та указывает ему, где взять волшебные ягоды, которые по ходу действия ему нужны (Сад. 2). Этот случай, может быть, бросает некоторый свет на мертвую голову, которую встречает Руслан. В народных сказках она не торчит из земли, а лежит. «Лежит га-лава, ну он к ней слес и сел на нее и говорит: «Какая же эта га-лава лежит?»». Между головой и Русланом завязывается любопытный диалог: «»Галова, щто мне тебя, аживить?» — А ана ему и говорит: «Если я буду памирать апять, то меня не аживай, а если я буду вещна жыть, то меня ажыви»» (См. 220). Услуга захоронения здесь заменена услугой оживления. То же в вогуль-

ской сказке (Чернецов 87).

В сказке о Еруслане Лазаревиче голова всегда лежит. Это — голова мертвеца. Однако в лубочных картинах голова торчит из земли. Трудно сказать, какое представление первичное. Как указывает Вазер (Waser), на античных геммах часто можно встретить изображение бородатых голов, как вырастающих из земли. Эти головы вещают, так как над ними обычно изображена склоненная слушающая фигура, а рот головы несколько приоткрыт. Автор сравнивает их с Горгоной, с крылатыми головами серафимов и херувимов и другими материалами и приходит к заключению, что они символизируют душу умершего, что вероятно, но все же не доказано. В сказке голова есть непохороненный мертвец. Возможно, что представление о голове, высовывающейся из земли, есть представление о беспокойном мертвеце, который высовывается, чтобы встать или чтобы найти кого-нибудь, кто бы его похоронил. Похороненный и благородный мертвец затем становится дарителем, дарующим меч, коня, волшебные ягоды и т. д., или советником, указывающим ему путь, или сам становится помощником. Такова же голова Мимира в «Эдде». Ваны убили Мимира и послали богам его голову. Но Один чарами сохранил эту голову от разрушения и придал ей способность говорить. С тех пор он не раз советовался с нею (Эдда 106). Этот случай перекидывает мост к обычаю сохранения головы или черепа. Череп разрисовывался, украшался, и его сохраняли в доме. Этот череп или эта голова, конечно, представляла собой умершего. Имея власть над его головой, имели власть над всем его существом. Этот умерший был вынужден помогать живым.

Этим объясняется, что некоторые народы, например, даяки, специально охотятся за головами, потому что, как говорит Бургер, «они думают, что души людей, головами которых они обладают, должны защищать их в жизни и быть им послушными на том свете» (Burger 39). Но такое насильственное принуждение к службе вскоре уступает место иным формам принуждения. Мертвеца можно заставить служить себе, совершив все те действия, которые ему, как мертвецу, нужны. Любопытный случай мы имеем в меланезийском сказании, где слились в один образ яга, мертвец и голова. Здесь герой бежит, видит маленькую хатку и входит. В хатке он видит два трупа. Он берет черепа, моет их и производит над ними другие действия. Черепа советуют ему идти в определенном направлении, т. е., подобно яге, указывают путь (Frobenius 18986, 208). В такой же роли человеческая голова известна и в русской сказке (Худ. 13). 24. Заключение. Мы установили в сказке наличие определенной категории персонажей, которых мы назвали дарителями. Среди дарителей можно установить особую группу дарителей —

мертвецов. Эти персонажи — яга, умершие родители, мертвец и голова. Все они функционально родственны друг другу. Но они не только морфологические эквиваленты, они связаны между собой исторически. Яга уже предстала как хозяйка стихий, властительница над силами, нужными человеку. За этими силами, воплощенными в предметах, спускаются в область тьмы. Эти представления обставлены обрядами и от них же идет сюжет.

Здесь мы имеем древнейший слой. Передача волшебного средства ягой, как мы видели, внешне ничем не мотивируется. В обряде оно составляет цель: ради него, ради его приобретения совершается весь обряд. В дальнейшем сохраняется самая функция, сохраняются некоторые сопровождающие его обстоятельства, но меняется дарящий персонаж, привносятся соответствующие этим изменениям мотивировки. Мы видели, что яга связана с миром мертвых. С появлением земледелия и мужской преемственности рода, с появлением собственности и преемственности на нее появляется мужчина-предок. Создается культ предков. Так появляется отец-даритель, отец-предок, зародыши которого можно проследить уже и раньше.

Характер помощи может меняться с историческим развитием народов. У веддов к нему обращаются при охоте (Seligmann 131). У земледельческих народов предки даруют плодородие: они в земле, и оттуда воссылают земные плоды (Dieterich 1925). Они помогают на войне, вмешиваясь в битву (Rohde 195-196). Наконец, там, где развился заупокойный культ, они помогают после смерти. Как указывает Роде (184), этот культ умерших держится особенно долго потому, что умершие — это близкие, дорогие боги, к которым легче обращаться, чем к официальным всемогущим божествам. Их культ — узок и практичен. Так нам становится понятным, почему индеец, которому нужно наловить рыбы, ложится на могилу своей матери, спит и постится там несколько дней, совершенно так же, как Золушка в своей беде идет на могилу матери и, по одним вариантам, орошает ее слезами, а по другим — поливает ее водой, т. е. совершает возлияние.

Разумеется, мы не можем здесь входить в явление культа предков по существу, мы можем только указать на связь между этим культом и сказкой. С появлением предка в культе он в дальнейшем переходит в сюжет, а акт культа мотивирует помощь. Отец, дарящий Сивку-Бурку, по существу также есть благодарный мертвец, но характер услуги, оказываемой ему, из сказки неясен — он ясен из сравнительных не сказочных материалов. Яга — даритель-испытатель, ее странно было бы назвать благодарной, хотя случаи, когда герой оказывает ей услугу, и могут быть отысканы и указаны. Отец, дарящий Сивку, все еще представляется как испытатель, награда дается за выдержанное испытание, а не

за услугу. Услуга здесь уже содержится для историка, для исследователя, но не для слушателя. Этим этот мотив выдает себя за очень древний, хотя и более поздний сравнительно с ягой.

С падением культа предков отпадает отец, остается мертвец как таковой. Совершенно отпадает испытание, на передний план выдвигается услуга. Так создается образ «благодарного мертвеца», который, точно так же, как и отец и яга, дарит коня или иное волшебное средство. Этот случай — наиболее поздний из всей этой группы.

Ссылка на основную публикацию

Adblock detector